Array

Коллективизация Нарцисса




А что вы думаете по поводу Коллективизация Нарцисса фото? Оставьте свой комментарий ниже!

Конечно же, невозможно обойтись без определенной доли нарциссизма по ходу даже отвлеченного переписывания «Толкования сновидений». Опубликовать свои сновидения, сделать их публичными, вынести на суд читателей — значит, по меньшей мере, предполагать, что интимность, превращенная в своеобразную экстимность, заслуживает чьего-то внимания.

За прошедшие со времен фрейдовского «Толкования сновидений» сто лет сновидение стало еще в большей мере коллективным продуктом. Сам коллектив стал несравнимо больше, глобальнее. Он теперь не ограничивается ни семейными, ни языковыми, ни культурными, ни государственными рамками. Телесообщества, радиосообщества, киберсообщества непрерывно реструктурируют бессознательное. Зов вещания, зов теле- и радиовещания запечатлевается. Покемоны и телепузики — не в меньшей степени родители, чем биородители.

Впрочем, здесь необходимо сказать о том, что и «Толкование сновидений» Фрейда — коллективный труд. И потому, что Фрейд постоянно цитирует других авторов, и потому, что он приводит в книге не только свои сновидения, и потому, что он пишет ее, советуясь со своим другом Вильгельмом Флиссом. Более того, по ходу работы над вторым, третьим и особенно четвертым изданием «Толкование сновидений» все больше и больше превращается в коллективный труд. Дело не только в том, что на текст оказывают влияние бесчисленные замечания коллег, но и в том, что в самом тексте появляются фрагменты, написанные другими авторами, в говорит, что в четвертом издании стремление переписать «Толкование сновидений» и превратить книгу в безличное методическое пособие достигает своего апогея.

Вернемся, однако, к вопросу о нарциссизме. Нарциссизм сновидения представлен отношениями с другими, отношениями к другим. Нарциссизм — отношение к себе, себе другому, другому себе, и в этом его социальность. Нарциссизм — путь к коллективу! Что за ерунда? — спросите вы. Ведь сновидение — состояние, совершенно пренебрегающее реальностью! Да, но бессознательное в своей нарциссичности всегда уже коллективно. В книге «Я и оно» Фрейд показывает, что вопрос о коллективном и индивидуальном бессознательном лишен оснований, поскольку бессознательное всегда уже индивидуально и коллективно. Оно — всегда уже продукт тех особенностей культуры, в которую рождается человек, и продукт «своей» «собственной» истории, мимолетной субъективности.

Похоже, нам придется расстаться с формулой Гераклита «Когда мы бодрствуем, мы живем в общем мире, когда мы спим, то каждый уходит в свой мир». Эта формула отчасти, конечно же, по-прежнему соответствует положению вещей. Однако при более пристальном взгляде мы видим, что не живем в общем мире, бодрствуя. Поскольку внешний мир воспринимается каждым из нас по-своему. А погружаясь в сновидение, мы переживаем присвоенные желания, киносценарии и тд. Оппозиция Гераклита внешнее/внутреннее основывается фактически на противопоставлении материального идеальному. Однако в онейросреде нашего обитания это противопоставление оказывается совершенно размытым.

Коллективизация сновидения, конечно, началась отнюдь не с наступлением эпохи кинематографа. Сновидения с давних пор эксплуатировались в литературе. И еще раньше — в мифологии, которая зачастую вся выстраивалась как сновидение. Например, у австралийских аборигенов, для которых вся бодрсгвенная реальность соткана из сновиденческой активности, соотнесена со временем сновидения, сотворения мира. Мифология, социальность — все предписано, завещано сновидением. Сновидение есть Закон, регулирующий все отношения, в которые вступают люди с окружающими мирами предков, животных, растений, других людей, предметов.

Коллективность сновиденческого подчеркивалась и в египетской онейроиндустрии: если у одного человека возникали трудности со сновидениями, он мог заказать сон другому человеку — профессиональному сновидцу. Уже в те времена было понятно, что сновидение — это капитал.

Эмиль Бенвенист подчеркивает, что речь в сновидении представляет собой обращение, призыв к другому. В этом смысле онейрическая речь — всегда уже диалог. Речь всегда кому-то адресована, даже если адресат неизвестен. С точки зрения психоанализа объектных отношений в психической реальности не столько представляются какие-то отдельные люди, предметы, элементы сновидения, но отношения с ними и между ними. Короче говоря, в сновидении нам является не столько, скажем, господин Ли, сколько наше отношение с этим господином.

Онейрическая эпоха — эпоха кино и телевидения, которой мы принадлежим, — не может не влиять на «индивидуальные» сновидения. В онейрическую эпоху (которая продолжает интенсифицироваться за счет компьютерных игр, виртуальных симуляторов и тд.) сфера (коллективных) бессознательных желаний неизменно расширяется, все активнее внедряясь в пространство «индивидуального» сновидения.

Сновидение по-прежнему нельзя с кем-то разделить, но можно разделить то, что его организует. Не столько ераклитовский idios kosmos — результат ухода из «общего мира», сколько внешний мир — его продолжение. Мир сновидений выворачивается наизнанку. Наш «общий дом» — онейрореальность.

И здесь хотелось бы поставить перед нашей книгой еще одну задачу — раскрепостить онейрореальность (хотя бы постараться это сделать в пределах книги). Знаменитый французский психоаналитик Жан-Бернар Понталис как-то сказал: «В какой-то мере психоанализ подавляет красноречие онейрической жизни». Вот нам и хотелось бы преодолеть, хотя бы отчасти, это сопротивление психоанализа онейрической жизни. Это звучит парадоксально, но за последние сто лет психоанализ превратился в бесконечное построение теорий на теориях теорий, в протокольное описание клинических случаев, в рамках которых иногда подают свой голос сновидения. Сциентизация психоанализа лишила его фрейдовского субъективного духа, духа его сочинений, наполненных личными переживаниями, описаниями успехов, неудач, сомнений. Психоаналитик уподобился психиатру, «объективно» описывающему клинический случай, устраняя из него себя, не говоря ни слова о своих сомнениях, чувствах, заблуждениях, — чего доброго, заподозрят в контрпереносе! Вот этот разверзающийся в течение столетия пробел нам и хотелось бы хоть чуть-чуть восполнить. И без серьезной доли нарциссизма здесь никак не обойтись. По крайней мере, по той причине, что, на взгляд многих психоаналитиков, функция сновидения, его психологическая задача — ремонт психики, восстановление растрачиваемого за день нарциссизма.

Все начинается сначала — точнее, с ретроспективного установления некоего начала. Например, как в сновидении «Я сам себе ребенок».



Расскажи другу

Эту статью Коллективизация Нарцисса сегодня прочитали 1 человек.

Не забудте оставить свой коментарий ниже!

Читайте далее
Прочли: (1) человек.
Ваше Имя:
Код: Включите эту картинку для отображения кода безопасности
обновить, если не виден код
Введите код



Последние новости за 2016-2017 год. Копировать материалы с данного ресурса строга запрещено! Все права защищены.